|
|
А ну, живо отсюда! -- шуганул я посетителей.
Уматывайте! Сейчас откроют огонь! Вас перестреляют! Нac всех перестреляют! Меня живенько отвезли в отель Лолы.
Но и там мне мерещилось то же самое.
Все, кто шествовал по коридорам "Паритца", шли словно под пули; для этого же предназначались и служащие, расположившиеся в главной кассе, и даже тип в небесно-голубой с золотисто-солнечным униформе внизу у дверей гостиницы, который именовался швейцаром, и военные -- гуляющие офицеры и генералы, не такие, конечно, красивые, как он, но тоже в мундирах; все это было одним огромным тиром, откуда никому уже не выбраться.
Нет, больше это была не шутка.
Сейчас откроют огонь! -- надсаживался я посреди большого салона.
Сейчас откроют огонь! Уматывайте! Потом я кричал то же и в окно.
Меня не отпускало.
Форменный скандал! -- Бедный солдат! -- жалели меня кругом.
Швейцар осторожненько, уговорами увел меня в бар.
Дал мне выпить, и я выпил, а потом за мной, только не так деликатно, явились жандармы.
|
|
|
|
|
|
|
|
|
 |
